Александров Л. Г. Сакральный космос Джона Мильтона

Александров Л. Г. Сакральный космос Джона Мильтона.

Московское религиоведческое общество на философском факультете МГУ имени М. В. Ломоносова

III международная интернет-конференция по религиоведению РЕЛИГИЯ И ПОВСЕДНЕВНОСТЬ: прошлое, настоящее, будущее

1 октября 2009 - 1 декабря 2009

САКРАЛЬНЫЙ КОСМОС ДЖОНА МИЛЬТОНА (К 400-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ)

Александров Леонид Геннадьевич доцент кафедры теории массовых коммуникаций Челябинского государственного университета, Россия

e-religio"Источник: 17v-euro-lit.)’re much stratums a"Источник: 17v-euro-lit.)“The Divi"Источник: 17v-euro-lit.)&"Религиозная повседневность", бесспорно, отразилась в его творческом наследии, но он также остался в культурной памяти Европы как человек глубоко эрудированный, умеющий мыслить широко и абстрактно, ставящий перед собой высокие художественные задачи, далекие от межконфессиональных страстей и распрей. При этом, будучи "гражданином мира", он также оставался верным и той общественной, культурной миссии, которую уверенно брала на себя Англия в это время.

"Источник: 17v-euro-lit.)"Комус" (1634 г.) с элементами волшебной мифологии. Еще в возрасте 15 лет он пробует перелагать на английский библейские псалмы &"Источник: кругах Англии начала века зарождается определение "деист". Впервые примененное к социнианам, в дальнейшем оно означало приверженца любой философии, осознающей свое отличие от религии и уклончиво излагающего свое понимание Бога. Трактат лорда Э. Чербери считается первым манифестом данной позиции, считающейся иногда промежуточным звеном на пути к вольнодумству и научному атеизму. Мораль человека в деизме синтезируется из веры и разума, данных априори, а участие Бога в судьбе человека значительно ограничивается. В то же время бытует в просвещенных кругах общества и теория "естественной религии" (У. Джеймс, Дж. Уилкинс и др. теологи), признающая существование в мире множества духовных сущностей (как божественных, так и "темных) и порой благосклонно относящаяся к распространению магических искусств. И хотя в церковном Руководстве 1627 г. была изложена англиканская позиция по отношению к суевериям такого рода, в народе пережитки и предрассудки еще имели силу, и вспышки инквизиторского рвения в "охоте на ведьм" еще случались в Англии.

"Источник: 17v-euro-lit.)"заточенным инквизицией только за то, что он думал об астрономии иначе, чем францисканские и доминиканские цензоры". [1] Учение Галилея тогда уже было "приспособлено" католической церковью к религиозному восприятию "книги природы" как "божественного фолианта" - поэтому в тоне его позднего "Диалога о двух системах мира" уже отсутствуют смелые научные гипотезы, зато нередко проскальзывают топографические и космологические реминисценции на "Божественную Комедию" Данте.

"Источник: публицистической деятельностью, при Кромвеле занимает пост латинского секретаря, ведет дипломатическую переписку и официальную пропаганду курса правительства. Он ведет диспуты, в том числе с известными епископами Дж. Холлом и Дж. Ашером, пытается согласовать полярные точки зрения в условиях сложнейшего религиозно-политического размежевания и брожения. Участие церкви в противостоянии между королем и парламентом никак не благоприятствовало общественной обстановке времен английской революции. В идейных расхождениях между индепендентами и пресвитерианами среди коренных вопросов &"естественной свободе", данной Богом. Рациональные доктрины, подобные учениям Декарта и Гоббса, еще не имели значительной вдохновляющей силы и подвергались старательному критическому надзору со стороны церковно-религиозных деятелей.

"Источник: 17v-euro-lit.)"памфлетной войне" этих времен зарождаются и основы теории общественного договора, и правовой статус свободной от цензуры прессы. Мильтон встречается с известным юристом Г. Гроцием, знакомится с педагогической системой Я. А. Коменского, посетившего Лондон в 1641 г., а свою позицию по вопросу государственного устройства излагает в трактате "Ареопагитика". Как истинный гуманист, он защищает принципы разума и воли человека, как моралист и полемист &"заблуждающимися братьями", даже с непримиримыми еретиками - роялистами и папистами, - и надеется на "дружеское" очищение нравов в процессе постройки общего храма, он ведет достаточно хитрую дипломатическую игру, наподобие той, которую проводили в политической системе Европе иллюминаты-розенкрейцеры:

"Удаляться из этого мира в область атлантидской и утопийской политики, которых никогда нельзя применить на деле, не значит улучшать наше положение… Мы, очевидно, так долго смотрели на путеводный огонь, зажженный перед нами Цвингли и Кальвином, что стали совершенно слепыми… Порядок, в котором Господь просвещает свою церковь, таков, что Он раздает и распределяет свой свет постепенно… Постоянно отыскивать неизвестное при помощи известного, постоянно присоединять истину к истине, по мере ее нахождения, &". [2]

"Источник: лидеры теряют полномочия и моральную поддержку. Памфлеты и трактаты Мильтона публично сжигаются как еретические сочинения. Он ведет отшельнический образ жизни, претерпевает ряд семейных трагедий, борется с наступающей слепотой и, в конце концов, полностью концентрируется на философско-поэтическом творчестве. Его давняя задумка &"народного" и "книжного" образца [Дж. Чосер, Т. Мэлори, Э. Спенсер, Дж. Донн, Дж. Бэньян и др. &"монументальную" тему сюжета, которую предполагалось реализовать в форме поэмы, написанной "белым стихом". Работал над сочинением Мильтон планомерно и целенаправленно - он "вынашивал" идею в течение целого года, а главы окончательного текста диктовал жене зимой, в канун Рождества. Тема гордости и искушения является сквозным мотивом его произведений.

"Потерянный Рай" (1663-1667 гг.) создавался как образец морали, противостоящей сложившейся в Англии обстановке. Не случайным тогда было обращение к древним идеям Золотого Века и Эдема за объяснением причин упадка "естественной жизни". Библейское предание о грехопадении использовали, в частности, в литературном творчестве такие протестантские авторы, как Г. дю Бартас и Й. ван дер Вондел. Любовь Адама и Евы в Раю у Мильтона выглядит как идеальное, почти идиллическое, сочетание духовной общности и физического влечения, нарушенное "темными силами". Оставаясь в пределах библейских легенд о восстании Сатаны, Мильтон развивает цельную философию истории как цепи бедствий и разрушений, нарушающих природный и божественный порядок. Параллельно поэт работает над теолого-этическим трактатом "О христианском учении", давая общую оценку значения Библии с позиции английского "среднего класса". Общий контекст сочинения, тяготеющего к деизму, утверждает невмешательство Бога в историю мира после его сотворения и закономерного вывода о свободе и ответственности человека за свою судьбу. Таким образом, общественные европейские события - в преломлении через взгляды Мильтона - сводятся к факторам морально-религиозного порядка.

Соответственно, в "Потерянном Рае" картина мира-как-сада персонифицируется, поляризуется, насыщается замысловатыми сюжетными линиями. Возвышенность и неторопливость повествования перемежается с красочными описаниями и чувственными переживаниями. Уходя в аллегорию, Мильтон устами своих положительных персонажей пророчествует о грядущем спасении людей жертвой Христа и трудном пути к совершенствованию. В этом символическом контексте - высшее художественное достижение пуританского сознания, мыслящего мир как арену многовековой борьбы между добром и злом. Для поэта единственно правильным культурным языком был язык обновленного христианства. Бог-отец в изображении Мильтона производит своеобразное распределение полномочий: сосредоточивая в своих руках "законодательную" власть, он препоручает Сыну власть "исполнительную", через него осуществляя свои предвечные решения. А миссия Люцифера последующими интерпретаторами творчества Мильтона рассматривается как аналогия на "великий мятеж" пуритан времен гражданской войны.

Моральное содержание текста заложено в универсальную форму мифа, "апокрифа". Исторический план совмещается с космологическим контекстом, так основная коллизия образует сакральное пространство. Органически включенный в общий нерушимый порядок, Человек становится точкой преломления противоборствующих влияний, исходящих от мощных вселенских сил. Поэт помещает своих героев &"Божественной Комедии", с поправкой на те естественно - научные знания и религиозно - политические установки, которые существовали у художников, разделенных несколькими веками. Решая гуманистические задачи, оба мыслителя выбирают для художественного произведения приемлемую рациональную форму, тем самым, осуществляя синтез науки и искусства, что, в целом, было характерно и для средневекового, и для просветительского энциклопедизма.

Страницы: 1 2 3

Нужно скачать сочиненение? Жми и сохраняй - » Александров Л. Г. Сакральный космос Джона Мильтона. И в закладках появилось готовое сочинение.

Александров Л. Г. Сакральный космос Джона Мильтона.