Брахман С. О романе «Собор Парижской богоматери» Виктора Гюго

Брахман С.: О романе "Собор Парижской богоматери" Виктора Гюго

"Собор Парижской богоматери" Виктора Гюго

Наряду с усиленным вниманием к личности характерной чертой романтизма было чувство движения истории и причастности к ней человека. Ощущение неустойчивости-изменчивости мира, сложности и противоречивости человеческой души определило драматическое, порою и трагическое восприятие жизни романтиками.

Исторические потрясения всеевропейского масштаба, произошедшие на глазах одного поколения, естественно приковывали внимание французских романтиков к истории и наталкивали на исторические обобщения и сопоставления с современностью. В прошлом искали ключ к сегодняшнему дню. Неудивительно, что молодые романтики, выступившие в период Реставрации, в том числе Виктор Гюго, питали пристрастие к исторической теме.

В эти годы происходит бурный расцвет всех исторических жанров. Появляется больше сотни исторических романов, одна за другой создаются исторические драмы, образы прошлого и размышления на исторические темы проникают в поэзию, в живопись ldquo;Смерть Сарданапалаrdquo;, 1827 - картина крупнейшего художника французского романтизма Эжена Делакруа), в музыку (оперы Россини и Мейербера, работавших в Париже); выступает ряд ученых историков (О. Тьерри, Ф. Гизо и др.), которые выдвигают в своих трудах идею исторической закономерности, непрерывного развития человеческого общества;историю они понимали как состояние борьбы и уже пришли к понятию общественных классов. Историки времен Реставрации были одновременно и теоретиками литературы и приняли участие в выработке романтической эстетики.

Решающее влияние на историческую мысль во Франции оказало творчество Вальтера Скотта, которое стало известно здесь с 1816 года. Уже в 1823 году юноша Гюго публикует восторженную статью о только что вышедшем романе Вальтера Скотта ldquo;Квентин Дорвардrdquo;.

Главное открытие английского романиста состояло в том, что он впервые в литературе показал связь характера и судьбы человека с народом, к которому он принадлежит, с эпохой, в которую он живет, то есть установил зависимость человека от породившей его и окружающей социально-исторической среды. Поэтому В. Г. Белинский называет Вальтера Скотта ldquo;отцом исторического романаrdquo;. По словам Белинского, ldquo;Вальтер Скотт своими романами решил задачу связи исторической жизни общества с частноюrdquo; .

Это оказалось чрезвычайно плодотворно для французской литературы, так как открывало ей путь сочетания художественного вымысла с правдой истории. В центре исторических произведений французских романтиков стоят обычно, как и у Вальтера Скотта, рядом с историческими лицами вымышленные персонажи, на которых сосредоточен главный интерес, наряду с подлинными историческими событиями изображаются происшествия частной жизни героев, которая, однако, всегда связана с общенациональной жизнью. Так обстоит дело в первом значительном историческом романе французского романтизма ldquo;Сен-Марrdquo; (1826) Альфреда де Виньи, где юный герой, добиваясь руки любимой женщины, ввязывается в заговор аристократов против всемогущего герцога-кардинала Ришелье и гибнет на плахе, преданный и королем Людовиком XIII и своей возлюбленной; и в ldquo;Хронике времен Карла IXrdquo; Проспера Мериме (1829), где судьба героев неотделима от религиозных распрей во Франции XVI века; и в ldquo;Шуанахrdquo; молодого Бальзака, и в историко-приключенческих романах А. Дюма, и в романтических драмах В. Гюго, А. Дюма и в произведениях других авторов эпохи романтизма.

От Вальтера Скотта восприняли французские романтики понятие ldquo;эпохиrdquo; как некоего социально-политического и культурного единства, решающего определенную историческую задачу и обладающую своим ldquo;местным колоритомrdquo;, который выражается в нравах, особенностях быта, орудий труда, одежде, обычаях и жизненных представлениях. В статье о ldquo;Квентине Дорвардеrdquo; юный Гюго восхищается тем, что английский романист, ldquo;рисуя лики столетийrdquo;, ldquo;не покрывает... людей минувших времен нашим лаком, не гримирует их нашими румянамиrdquo;, а изображает их ldquo;со всеми страстями, пороками и преступлениямиrdquo;, ибо ldquo;для воображения нашего предрассудки дедов... так же любопытны, как их крепкие латы и пышные султаны на шлемахrdquo;.

В ldquo;местном колоритеrdquo; прошлых эпох, так же как в странах излюбленного романтизмом Востока, Италии, Испании, нашло себе богатую пищу тяготение романтиков к экзотике и живописности, ярким страстям и необычным характерам, по которым они тосковали в обстановке буржуазной повседневности. Пластическое воскрешение прошлого, воссоздание ldquo;местного колоритаrdquo; стало характернейшей чертой французского исторического романа 1820-х годов и возникшей в середине этого десятилетия романтической драмы.

В исторических сочинениях романтиков эпоха представала не в статике, а в движении и борьбе, они стремились разобраться в существе исторических конфликтов-причинах этого движения. Недавние бурные события революции и последующих лет делали для них особенно внятным, что активной силой истории являются народные массы; история в их понимании и есть жизнь народа, а не отдельных выдающихся деятелей. Народные персонажи, массовые народные сцены имеются почти в каждом историческом романе, а в драмах присутствие народа, хотя бы и за кулисами, нередко определяет развязку (как в драме Гюго ldquo;Мария Тюдорrdquo;, 1833), хотя каждый автор толковал историю в зависимости от своих политических симпатий.

Разрыв юного Гюго с официальной литературой классицизма ознаменовался романтическими балладами (ldquo;Оды и балладыrdquo;, 1826), которые поразили первых читателей своей новизной и оригинальностью. Здесь вовсю буйствует ldquo;местный колоритrdquo;, возникают пестрые и красочные картины средневековья-феодальные замки, пограничные башни, рыцарские турниры, дамы, трубадуры, в баллады вплетаются мотивы народных сказок и преданий,-словом, встает та эпоха, которую Гюго через несколько лет с таким блеском воссоздаст в ldquo;Соборе Парижской богоматериrdquo;. Отказавшись от традиционного стиха и строгой лексики классицистской поэзии, молодой поэт использует вольные размеры и ритмы, ошеломляюще дерзкие рифмы, разговорные интонации, вызывающе свободный словарь. Он как бы воскрешает в балладах национальную поэтическую традицию средних веков и Возрождения, на целых два столетия прерванную во Франции безраздельным господством классицизма, знавшего только одну эпоху и один идеал красоты-греческую и римскую античность.

Но не только живописность и любовь к национальной культуре отличают раннюю лирику Гюго; в ldquo;Одах и балладахrdquo; . голосу поэта постоянно аккомпанирует гул движущейся истории. Он ощущает ldquo;марш нескончаемый народов и племенrdquo;, ldquo;зим, весен, осеней и лет живую связьrdquo;. Идея исторического развития легла также в основу программного предисловия Гюго к драме ldquo;Кромвельrdquo; (1827).

Поскольку твердыней классицизма во Франции начиная с XVII века была театральная сцена, главный бой романтики дали именно здесь. Победу им принесла постановка в феврале 1830 года в театре ldquo;Комеди Франсезrdquo; драмы Гюго ldquo;Эрнаниrdquo;, премьера которой вылилась в настоящее сражение между новой и старой школами. Но уже в ldquo;Предисловии к ldquo;Кромвелюrdquo;, значение которого выходит далеко за пределы театра, дается фактически широкое теоретическое обоснование романтического искусства.

Как ни прекрасно искусство античной древности, новая литература не может ограничиться подражанием ему-вот одна из главных мыслей ldquo;Предисловияrdquo;. Искусство меняется и развивается вместе с развитием человечества, и так как оно отражает жизнь, то каждой эпохе соответствует свое искусство. Прошлым эпохам соответствовали библейские легенды и античный эпос, новая эпоха породила драму; вершиной искусства нового времени Гюго объявляет творчество Шекспира, разумея под словом ldquo;драмаrdquo; не только театральный жанр, но и вообще искусство, отражающее драматический характер эпохи. В ldquo;Предисловииrdquo; Гюго отвергает характерное для классицизма деление героев на ldquo;благородныхrdquo; и ldquo;неблагородныхrdquo;, жанры и сюжеты на ldquo;высокиеrdquo; и ldquo;низкиеrdquo он требует расширить границы искусства, свободно сочетать в нем возвышенно-прекрасное и низменно-безобразное (ldquo;гротескноеrdquo;), как это происходит в самой жизни. Наконец, он ратует за соблюдение в искусстве исторического правдоподобия (ldquo;местного колоритаrdquo;).

Все эти положения легли в основу исторических драм Гюго, а - также созданного одновременно с ними ldquo;Собора Парижской богоматериrdquo;, который стал вершиной французского исторического романа эпохи романтизма.

Страницы: 1 2 3 4

Нужно скачать сочиненение? Жми и сохраняй - » Брахман С. О романе «Собор Парижской богоматери» Виктора Гюго. И в закладках появилось готовое сочинение.

Брахман С. О романе «Собор Парижской богоматери» Виктора Гюго.