Философская жанровая генерализация

Уже в XVII—XVIII вв. философская поэзия Донна, религиозно-философские драмы Кальдерона, философский роман Монтескье, философские повести Вольтера, философский диалог Дидро дают основание говорить о начале возникновения философской жанровой генерализации. В XX в. она становится одной из основных в кругу чтения высокообразованной интеллигенции мира.

Принцип философствования предполагает, что основными героями произведения становятся не персонажи, а идеи. Это меняет структуру произведения во всех его звеньях. Философские жанры, сохраняя черты романа, драмы, поэмы и других исходных жанровых структур, группируются вокруг общих («метажанровых») моделей — притчи и параболы.

Притча. Крупный литературовед С. С. Аверинцев дал достаточно емкую характеристику этого древнего жанра. По Аверинцеву, притча — дидактико-аллегорический жанр литературы, в основных чертах близкий басне. В отличие от нее форма притчи 1) возникает в некотором контексте, в связи с чем она 2) допускает отсутствие развитого сюжетного движения и может редуцироваться до простого сравнения, сохраняющего, однако, символическую наполненность; 3) с содержательной стороны отличается тяготением к глубинной «премудрости» религиозного или моралистического порядка.

В своих модификациях притча— универсальное явление мирового фольклора и литературного творчества. Однако для определенных культурных эпох, особенно тяготеющих к дидактике и аллегоризму, притча была центральным жанром, эталоном для других жанров.

В эти эпохи, когда культура читательского восприятия осмысляет любой рассказ как притчу, господствует специфическая поэтика притчи, исключающая описательность «художественной прозы» античного или новоевропейского типа: природа и вещи упоминаются лишь по необходимости, действие происходит как бы без декораций, «в сукнах»; действующие лица притчи, как правило, не имеют не только внешних черт, но и характера в смысле замкнутой комбинации душевных свойств — они предстают перед нами не как объекты художественного наблюдения, но как субъекты этического выбора.

С конца XIX в. ряд писателей видят в экономности и содержательности притчи образец для своего творчества54. В XX в. крупнейшим мастером притчи был один из «отцов модернизма» Франц Кафка.

Парабола. Парабола (от гр. рагаЪо1е — сравнение, сопоставление, подобие) — близкая притче жанровая модификация в драме и прозе XX в. В основе параболы лежит иносказательный образ, тяготеющий к символу, многозначному иносказанию (в отличие от однозначности аллегории и однонаправленного второго плана притчи); поэтому иногда параболу определяют как «символическая притча». Однако, приближаясь к символическому, иносказательный план параболы не подавляет предметного, ситуативного, а остается взаимосоотнесенным с ним.

Незавершенная многоплановость, содержательная емкость параболы привлекают писателей разных стран, среди которых в первую очередь называютФ. Кафку («Процесс»), Г. Гессе («Игра в бисер»), Ж. П.Сартра («Дьявол и Господь Бог»), Э. Хемингуэя («Старик и море»), Г. Гарсию Маркеса («Сто лет одиночества»), Кобо Абэ («Женщина в песках»). Отметив, что содержательно-структурные признаки параболы обнаруживаются и в других видах искусства (например, в фильме И. Бергмана «Седьмая печать», в картине П. Пикассо «Герника»), исследователи приходят к выводу о возможности отнести параболу к некоторым общим принципам художественной образности (наряду с аллегорией, символом, гротеском)55.

Интеллектуально-философская проза: роман, повесть, новелла. Крупнейшими представителями интеллектуально-философской прозы в литературе XX в. были немецкие писатели Т. Манн (романы «Волшебная гора», «Доктор Фаустус», новеллы «Смерть в Венеции», «Марио и волшебник»), Г. Гессе (романы «Степной волк», «Игра в бисер»), австрийский писатель Р. Музиль (роман «Человек без свойств»), французские писатели-экзистенциалисты Ж. П.Сартр (роман «Тошнота», романный цикл «Дороги свободы»), А. Камю (романы «Посторонний», «Чума», «Падение»), английские писатели Д. Оруэлл (романы-антиутопии «Скотный двор», «1984»), У. Голдинг (роман-антиутопия «Повелитель мух», роман «Шпиль»), А. Мёрдок (роман «Черный принц»), Д. Фаулз (роман «Волхв»), аргентинские писатели Х. Л.Борхес (сб. рассказов и эссе «История вечности», сб. новелл «Вавилонская библиотека»), Х. Кортасар (романы «Игра в классики», «Модель для сборки», новелла «Южное шоссе»), колумбийский писатель Г. Гарсия Маркес (роман «Сто лет одиночества»).

В романах, повестях, новеллах, эссе этих писателей обычно уже заглавие содержит иногда открытый, а чаще скрытый, представленный символом ключ к идейному содержанию произведения. Нередко название относит читателя к фундаментальному для романа мифу, легенде. Так, «волшебная гора» в названии романа Томаса Манна (1875—1955), опубликованном в 1924 г., — это Герзельберг, Греховная, или Волшебная гора, где, согласно легенде, миннезингер Тангейзер провел семь лет у богини Венеры. Судьба молодого немца Ганса Касторпа, приезжающего в туберкулезный горный санаторий «Берггоф» навестить друга на несколько дней, но задержавшегося там до начала Первой мировой войны, реализует эту легенду в современности.

В романе Т. Манна «Доктор Фаустус» (1947) трагическая судьба гениального композитора Адриана Леверкюна, вступившего, как ему кажется, в сделку с дьяволом, утрачивающего и талант, и разум, сопоставляется с легендой о средневековом ученом и чернокнижнике Фаусте. «Вавилонская библиотека» у Борхеса — это библейская Вавилонская башня, наполненная неизмеримым количеством книг, содержащих сведения обо всех культурных достижениях человечества, и готовая рухнуть под их тяжестью. Названия отсылают и к литературным произведениям и героям. Так, название романа А. Мёрдок «Черный принц» намекает на Гамлета, чьи извечные вопросы должны решить для себя герои романа.

В философской прозе очень широко представлен мотив игры, что также обозначено в некоторых названиях («Игра в бисер» Гессе, «Игра в классики» Кортасара). В игру вступают идеи, игра— сама по себе одна из организующих идей философской прозы.

Нужно скачать сочиненение? Жми и сохраняй - » Философская жанровая генерализация. И в закладках появилось готовое сочинение.

Философская жанровая генерализация.