Ковалева Т. В. и др. История зарубежной литературы (Вторая половина ХIX — начало ХХ века) Т. В. Ковалева. Бельгийская литература (Конец ХIX — начало ХХ века)

Ковалева Т. В. и др. История зарубежной литературы (Вторая половина ХIX - начало ХХ века)

Т. В. Ковалева. Бельгийская литература (Конец ХIX - начало ХХ века)

Т. В. Ковалева. Бельгийская литература (Конец ХIX - начало ХХ века)

Общий обзор.

В конце XIX века бельгийская литература выдвинулась в число ведущих литератур мира. Этот стремительный взлет художественного творчества явился непосредственным результатом происходившей в Бельгии грандиозной ломки всего общественного уклада, когда, по словам Э. Верхарна, "все движется, - горизонты в пути". За два десятилетия страна превратилась из крестьянской, патриархальной в мощную индустриальную и колониальную державу (захват Конго в 1884 г.). В короткое время сформировался бельгийский пролетариат, вскоре заявивший о себе массовыми революционными выступлениями (стачки 1884 г., забастовки шахтеров 1886 - 1891 гг., всеобщая политическая стачка 1893 г. и др.).

Вместе с тем бурный рост промышленности, потребовавший притока рабочей силы, привел к значительному сокращению сельского населения, разорению деревни, обнищанию крестьян. Бельгия становилась страной резких социальных контрастов.

"Бельгия сельскохозяйственная и промышленная, консервативная и католическая - и одновременно социалистическая, она богата и она бедна. Колоссальные состояния накапливаются в больших городах, тогда как... на шахтах или в крестьянских хижинах люди влачат жалкое существование..." - свидетельствовал С. Цвейг.

Литературный процесс в Бельгии на рубеже веков отразил всю сложность ее общественно-политической и духовной жизни. Перед бельгийской литературой, мощно заявившей о себе уже в 1867 г. "Легендой об Уленшпигеле" Шарля де Костера, выдвинулась в качестве первоочередной задача "стать собой", т. е. обрести самобытность, способность глубоко и точно отражать национальную специфику страны и дух ее народа.

"Понять бельгийские условия, мыслить по-бельгийски - вот что необходимо", - заявлял тогда теоретик демократического искусства Бельгии Э. Пикар (1836 - 1924). Этой цели не препятствовало и то обстоятельство, что наиболее значительные бельгийские [115] художники (Ш. де Костер, Э. Верхарн, М. Метерлинк, Ж. Роденбах) писали свои произведения по-французски, а не по-фламандски (второй государственный язык Бельгии). Напротив, именно французский язык помог им преодолеть узкий провинциализм и приобщиться к богатейшим литературным традициям соседней страны, вывел их на мировую арену, что не помешало им оставаться в то же время подлинно национальными писателями.

Исключительную роль в развитии бельгийской литературы сыграл журнал "Молодая Бельгия" (1881 - 1897), на первых порах объединивший вокруг себя всех, кто боролся за ее обновление, стремился "быть собой", "идти вслед за новыми тенденциями". Однако уже в середине 80-х гг. в движении "молодых" произошел раскол, результатом которого стало, с одной стороны, формирование "социального искусства", т. е. реализма, а с другой - утверждение "искусства вне времени", "искусства самовыражения", открывавшего путь символизму, эстетским течениям конца века.

Крупнейшим представителем "социального искусства" выступил Камилл Лемоннье (1844- 1913), в творчестве которого в полной мере отразилась "история борьбы и страданий народа". В своих многочисленных произведениях (он автор более 70 томов романов, повестей, рассказов) писатель дал широкую панораму общественной жизни Бельгии в ее переломный момент: разорение и вырождение патриархальной деревни(повесть "Смерть", 1878;романы "В одном из деревенских уголков", 1879; "Самец", 1880); стремительная индустриализация и связанная с ней безжалостная эксплуатация рабочих (роман "Клещи", 1886); моральная деградация буржуазии (роман "Конец буржуа", 1892); распад семьи и извращение всех естественных человеческих связей ("Аллали", 1906). Критическое воспроизведение современной эпохи сочеталось у Лемоннье с натуралистической концепцией человека, объясняющей его характер и поступки действием биологических (наследственности, инстинктов, среды), а не социальных факторов.

Так, в романе "Клещи" соседствуют два плана: социальный - изображение капиталистического завода, "клещей" эксплуатации, [116] войны "труда и капитала", и физиологический - "история болезни" главной героини Кларнетты, чья патологическая испорченность объясняется тем, что она "выросла среди дебошей матери, под ругательствами пьяницы отца". Такой принцип художественного воссоздания действительности заставляет вспомнить автора "Ругон-Маккаров", и недаром критика называла Лемоннье "бельгийским Золя".

По гуманистической и демократической направленности творчества близок Лемоннье и Жорж Экоуд (1854 - 1927). В его произведениях ("Кеес Доорик", 1883; "Новый Карфаген", 1888; повести "Из мира бывших людей", "Деревня", сб. рассказов "Кермессы", 1884; "Мои причастия", 1895 и др.) находим яркое противопоставление буржуазной цивилизации и "природы", города и деревни. Все симпатии писателя отданы "униженным и оскорбленным" - бедняку-крестьянину, воплощающему для него идеал "естественного человека" и потому внешне и внутренне прекрасному; босякам и бродягам, свободным и гордым духом, возвышающимся над серым и пошлым миром буржуа. Для художественной манеры Экоуда характерно органическое соединение романтического и реалистического начал: его главный герой, личность исключительная, "фатально непонятая", всегда одинокая, действует, как правило, в конкретно-исторических условиях Бельгии конца XIX века. Есть несомненное внутреннее родство между творчеством бельгийского писателя и романтическими произведениями молодого Горького, талантом которого он не уставал восхищаться.

Одним из ярких проявлений "асоциального", "вневременного" искусства стал бельгийский символизм, выросший на почве отрицания буржуазной цивилизации и идеализации патриархального прошлого и тесно связанный с французским символизмом. "Наш символизм имел двух родителей - Верлена и Малларме", заявлял его теоретик А. Мокель (1866 - 1945). Однако бельгийский символизм имел свою специфику: будучи скорее мировоззрением, нежели литературной формой, он приобрел религиозно-мистическую окраску.

В наиболее законченном виде его представлял Жорж Роденбах (1855 - 1898), певец "молчания и смерти". Преданный религиозной [117] идее благости смерти, которая "является исполнением мечты каждого человека", он в многочисленных произведениях (сб. "Светлая молодость", 1896; роман "Звонарь", 1897 и др.) поэтизировал "пагубную любовь к небытию", умирание, угасание, "агонизирующие города". Так, самый известный роман Роденбаха носит выразительное название "Мертвый Брюгге" (1892). Здесь облик средневекового бельгийского города Брюгге с его разрушающимися домами, безлюдными улицами, мертвой водой каналов, боем "утомленных, медленных, словно подавленных старостью колоколов" множества церквей и монастырей, специфической гаммой серых, блеклых красок - выступает как бы символом небытия, чего-то "таинственного и невидимого" и в то же время является "пейзажем души" самого автора, его разочарования, усталости, отвращения к жизни. Все это делает роман "Мертвый Брюгге" характерным произведением декадентской литературы конца века.

Морис Метерлинк

Морис Метерлинк (1862 - 1949) - крупнейший теоретик и драматург символизма, создатель "театра смерти", "бельгийский Шекспир", как называли его современники.

Он родился в Генте, старинном городе Восточной Фландрии, в семье нотариуса. Первоначальное образование получил в иезуитском коллеже, оставившем заметный след в его мировоззрении в виде "фламандского мистицизма". После его окончания Метерлинк изучал право в Париже, однако занятия юриспруденцией не приносили удовлетворения, поскольку он мечтал о литературном творчестве.

В 1883 г. в журнале "Молодая Бельгия" были опубликованы первые стихотворения молодого поэта, свидетельствовавшие о сильном влиянии на него французского символизма. В 1889 г. вышли из печати лирический сборник "Теплицы" и пьеса "Принцесса Мален", ставшие отправной точкой для формирования символистской эстетики и поэтики Метерлинка. Наиболее полное их изложение содержалось в эссе "Сокровища смиренных" [118] (1896), а также в предисловии к трехтомному изданию пьес (1901), статьях 90-х гг.

Философскую основу художественных взглядов бельгийского драматурга составил идеализм, причем в его мистическом варианте. Метерлинк на место католического Бога поставил некое безликое и фатальное Неизвестное, управляющее миром и враждебное человеку. Оно повсюду и часто принимает форму смерти, однако не сводится лишь к ней. Перед лицом всесильного Неизвестного люди - это только слабые и жалкие существа, "хрупкие и случайные мерцания, без видимой цели отданные во власть дыхания безразличной ночи". Человек же, будучи вместилищем Неизвестного, должен жить "без дела, без мысли, без света". А главное - без слова, ибо невозможно выразить словами невыразимое, "тайну": "Истинная жизнь создается в молчании". Таким образом, "театр молчания" Метерлинка стал своеобразной художественной иллюстрацией его философии.

Страницы: 1 2 3 4

Нужно скачать сочиненение? Жми и сохраняй - » Ковалева Т. В. и др. История зарубежной литературы (Вторая половина ХIX — начало ХХ века) Т. В. Ковалева. Бельгийская литература (Конец ХIX — начало ХХ века). И в закладках появилось готовое сочинение.

Ковалева Т. В. и др. История зарубежной литературы (Вторая половина ХIX — начало ХХ века) Т. В. Ковалева. Бельгийская литература (Конец ХIX — начало ХХ века).