Образ народного героя воплотившего бунтарский дух русского крестьянина

В центре романов «Дубровский» и «Капитанская дочка» проблема крестьянского восстания, что непосредственно связано с ростом стихийного народного движения в 30-е годы в социально-бытовом романе «Дубровский» эта проблема соотнесена с внутрисосновным конфликтом между Троекуровым и Дубровским, который, правда, носит не личный, а общественный характере Крестьянскими выступлениями в романе руководит обедневший дворянин, выступающий против самодурства отдельных помещиков, бюрократических злоупотреблений местных властей, В сюжете романа есть отголоски «авантюрного» жанра, а Дубровский наделен чертами романтически «благородного» разбойника-мстителя.

«Евгений Онегин» – первый образец русского реалистического социально-бытового романа

К началу 30-х годов Пушкин закончил «Евгения Онегина» - первый образец русского реалистического социально-бытового романа, в котором многосторонне отражено русское общество 10-20-х годов XIX века.

Для романа характерна глубина раскрытия типических характеров в их эволюции, полнота изображения исключительно широкой картины русской действительности: Москва, Петербург, деревня, поместный быт, представители разных общественных сословий, от столичного до провинциального дворянства («энциклопедия русской жизни»).

Новаторское понимание роли народа в истории в трагедиях Пушкина

Новаторское понимание роли народа в истории, разрушение классицистических драматургических принципов, обращение к опыту Шекспира способствовали тому, что «Борис Годунов» стал первой реалистической трагедией в русской литературе. Своеобразны композиция пьесы (отказ от 5-актного членения) и строение стиха (пятистопный белый стих вместо александрийского, цезура после второй стопы).

Центральное место в литературе занимает Пушкин

Данный период характеризуется дальнейшим углублением общего кризиса крепостничества, жестокой общественной реакцией, борьбой между правительством Николая I и передовой революционной мыслью 30-х годов. Образуются новые тайные революционные кружки (Герцена и Огарева, Сунгурова, братьев Критских). Борьба прогрессивных и реакционных сил происходит и в области философии, эстетики, литературной теории»

Главные герои «Евгения Онегина»

Главные герои «Евгения Онегина» свободны от однолинейности. В романе последовательно реализованы новые принципы изображения героев. Автор дает понять, что у него нет готовых ответов на все вопросы об их судьбах, характерах и психологии. Отвергая традиционную роль «всезнающего» романного рассказчика, он колеблется, сомневается, порой непоследователен в своих суждениях и оценках. Каждый герой предстает в ореоле общественного мненья, отражающего так называемых самых разных людей. Автор, воссоздавая картину мнений, оставляет за собой право расставить необходимые акценты, дает читателю соц. и нравственные ориентиры.«Евгений Онегин» выглядит как роман-импровизация. Эффект непринужденного разговора с читателем создается прежде всего выразительными возможностями 4-х стопного ямба и гибкостью созданной Пушкиным «Онегинской строфы» (14 стихов 4-хстопного ямба со строгой рифмовкой).

Татьяна – милый идеал Пушкина. Характер Татьяны динамичный, развивающийся

Во 2-5 гл. она – человек внутренне противоречивый. В ней уживаются подлинные чувства и чувствительность, внушенная сентиментальными романами. Автор, характеризуя ее, указывает, прежде всего, на круг ее чтения. Переворот в ее судьбе происходит в 7 гл. Внешние перемены в ее жизни только следствие сложного внутреннего процесса, который шел в ее душе после отъезда Онегина. Главным итогом этого процесса стала любовь не к литературной химере, а к подлинному Онегину.

Александр Сергеевич Пушкин – Биография – Всемирность Пушкина

В свое время В. Г. Белинский, в силу присущей ему способности исторического мышления, счел нужным ограничительно определить социальную значимость своих оценок художественных произведений. Он писал о Пушкине: «Пушкин принадлежит к вечно живущим и движущимся явлениям, не останавливающимся на той точке, на которой застала их смерть, но продолжающим развиваться в сознании общества. Каждая эпоха произносит о них свое суждение, и как бы неверно поняла она их, но всегда оставит следующей за ней эпохе сказать что-нибудь новое и более верное, и ни одна никогда не выскажет всего».