Русская литература. Мастера русского слова: великие поэты и писатели. Сумароков Александр Петрович — известный писатель

Родился в 1718 г., в Финляндии, близ Вильманстранда. Отец его, Петр Панкратьевич, крестник Петра Великого, был человеком по тому времени образованным, в особенности по части литературы, и принадлежал к искренним сторонникам реформаторской деятельности Петра. По заключении Ништадского мира он сам занялся воспитанием своих детей и пригласил к ним иностранца Зейкена (бывшего одно время учителем императора Петра II ) для преподавания «общей словесности». В четырнадцать лет Сумароков был отдан в сухопутный Шляхетный корпус, только что устроенный по прусскому образцу Минихом. Здесь Сумароков вскоре выделился серьезным отношением к научным занятиям и в особенности влечением к литературе. Первыми произведениями Сумарокова, написанными еще в корпусе, были переложения псалмов, любовные песни и оды; образцами для них служили французские поэты и вирши Тредьяковского. Систематического знакомства с французской литературой у Сумарокова не было; даже Расина он прочел уже по выходе из корпуса. Воспитанники корпуса читали друг другу свои сочинения и переводы. Из них Сумароков образовал «общество любителей российской словесности»; в числе участников его были известные впоследствии И. П. Елагин, И. И. Мелисисно, А. П. Мельгунов. Сочиненные Сумароковым в это время сентиментальные песни были положены на музыку Белиградским и имели большой успех даже при дворе. К этому же времени относятся и первые драматические опыты Сумарокова. Впечатления театра были знакомы Сумарокову еще в раннем детстве; по его словам, когда ему не было еще и двенадцати лет, он «бывал на комедиях», исполнявшихся заезжими актерами-немцами. Не заявив, по окончании ученья, желания служить в полку, Сумароков был сначала причислен к военной канцелярии графа Миниха, с званием адъютанта, затем продолжал службу у графа Г. И. Головкина и графа А. Г. Разумовского и дослужился до чина бригадира.

Служба при графе Разумовском доставила Сумарокову возможность бывать в высшем обществе столицы и привела к знакомству с наиболее выдающимися лицами того времени. Но честолюбие Сумарокова было направлено в иную сторону: он неутомимо работал на литературном поприще. В октябре 1747 г. Сумароков обратился к президенту канцелярии Академии Наук, брату своего начальника, графу К. Г. Разумовскому, с просьбой о разрешении напечатать трагедию «Хорев». Уже в этом прошении определенно высказана мысль об общественном значении его авторства: «к тому, чтоб она была напечатана, - говорит Сумароков, - меня ничто не понуждает, кроме одного искреннего желания тем, чем я могу, служить моему отечеству». Трагедия была напечатана в том же году. Успех, выпавший на ее долю, содействовал распространению в русском обществе более правильного взгляда на театральное искусства и оказал несомненное влияние на основание постоянного русского театра. Приглашению в Петербург знаменитой ярославской труппы предшествовала постановка пьес Сумарокова в корпусе и во дворце: в 1750 г., кроме «Хорева» - трагедии «Гамлет», «Синав и Трувор», «Артистона», комедий «Чудовищи», «Трессотиниус», в 1751 г. - «Семира»; актерами являлись кадеты. Существование театра было упрочено указом императрицы Сенату 30 августа 1756 г., и тогда же Сумароков был определен директором его. Для облагорожения в глазах малообразованной публики звания актеров он выхлопотал последним дворянское отличие - право носить шпагу. Иногда придирчивый в своих требованиях, он с любовью следил за развитием талантов и навыков к сцене и был искренним другом талантливейших представителей своей труппы; известна, например, его трогательная элегия на смерть Шумского и Троепольской. Несмотря на недоброжелательство литературных противников Сумарокова, старавшихся подорвать значение Сумарокова как драматурга, слава его росла с каждым новым произведением.

Постоянный театр, с актерами, смотревшими на сцену, как на свое единственное и высокое призвание, дал новую пищу творчеству Сумарокова, встречавшему, притом, неизменное одобрение со стороны императрицы. Продолжая работать для театра, он в то же время писал многочисленные оды, элегии, басни, сатиры, притчи, эклоги, мадригалы, критические статьи и т. д., стараясь завоевать прочное положение во всех родах и видах русской литературы. В 1759 г. Сумароков основал журнал «Трудолюбивую пчелу», наполнявшийся большей частью произведениями своего издателя. Он имел успех, но скоро прекратился по недостатку средств. В 1755 г. Сумароков поставил на сцену первую русскую оперу «Цефаль и Прокриса», музыка к которой была написана в лирическом духе придворным капельмейстером Арайя. К 1757 г. относится драма Сумарокова «Пустынник», к 1758 г. - трагедия «Ярополк и Димиза», где двое из действующих лиц носят имена «Крепостата» и «Силотела», по-видимому, имевшие целью сообщить трагедии отсутствовавший в ней национально-исторический колорит. Quasi-исторические сюжеты имеют и следующие трагедии Сумарокова: «Вышеслав» (1768), переносящий действие в языческую старину Новгорода, «Дмитрий Самозванец» (1771), «Мстислав» (1774). К 1768 г. относятся комедии Сумарокова «Опекун», «Лихоимец», «Три брата совместники», «Ядовитый», «Нарцис», к 1769 г. - «Пустая ссора», «Рогоносец по воображению», «Мать совместница дочери». Сумароков сочинял и балеты, в которые вводил драматический элемент и намеки на современные события. Изящные декорации, музыка, пение, фантастическая обстановка - все это обеспечивало успех таким аллегорическим пьесам Сумарокова, как «Новые лавры» (на победу над Фридрихом 1759 г.) или «Прибежище добродетели», или таким операм, как «Альцеста» (1759), с музыкой Раупаха. Быстрота, с которой Сумароков создавал свои произведения, может быть охарактеризована его пометкой на комедии «Трессотиниус»: «зачата 12 генваря 1750 г., окончена генваря 13-го 1750». Крайне самолюбивый и строптивый нрав Сумарокова служил источником бесконечных ссор и столкновений, даже с ближайшими его родными. Подорвать литературный авторитет Сумарокова врагам его не удавалось, но в отношениях к нему многих лиц из высшего и литературного круга было немало несправедливого. У вельмож его дразнили и потешались его бешенством; Ломоносов и Тредьяковский донимали его насмешками и эпиграммами. Они жестоко напали на И. П. Елагина, когда тот в своей «сатире на петиметра и кокеток» обратился к Сумарокову в таких выражениях: «Наперсник Буалов, российский наш Расин, Защитник истины, гонитель, бич пороков».

Сумароков, со своей стороны, не оставался в долгу: в своих «вздорных одах» он пародировал высокопарные строфы Ломоносова, а Тредьяковского изобразил в «Трессотиниусе», в лице тупого педанта, то читающего неуклюжие и смешные стихи, от которых все бегут, то рассуждающего о том, какое «твердо» правильнее - о трех ли ногах или об одной. Противниками Сумарокова на литературном поприще были еще Эмин и Лукин, но Херасков, Майков, Княжнин, Аблесимов склонялись перед его авторитетом и были его друзьями.

С цензурой Сумароков вел постоянную борьбу. В большинстве случаев непримиримость Сумарокова объяснялась его неуклонным стремлением к истине, как он ее понимал. С сильнейшими вельможами своего времени Сумароков так же спорил и горячился, как и со своими собратьями по перу, и ни шутом у них, ни льстецом не мог быть уже по самой своей натуре. Отношения Сумарокова к И. И. Шувалову были проникнуты искренним и глубоким уважением. Сумароков управлял театром не особенно долго: из-за каких-то в точности неизвестных столкновений с артистами и недоразумений или, вернее, интриг, Сумароков был в 1761 г. уволен от звания директора театра. Хотя это не охладило в нем страсти к сочинительству, но он был очень огорчен и с особенной радостью встретил воцарение Екатерины II. В похвальном слове, написанном по этому поводу, он в сильных выражениях нападал на невежество, укрепленное пристрастием и силой, как на источник неправды в жизни; он умолял государыню исполнить то, что смерть помешала исполнить Петру Великому - создать «великолепный храм ненарушимого правосудия». Императрица Екатерина знала и ценила Сумарокова и, несмотря на необходимость подчас делать этой «горячей голове» внушения, не лишала его своего расположения. Все сочинения его печатались на счет Кабинета. Любопытно и для характеристики времени и нравов, и для определения взаимных отношений Сумарокова и императрицы, дело его с содержателем московского театра Бельмонти, которому он запретил играть свои произведения. Бельмонти обратился к главнокомандующему Москвы, фельдмаршалу графу П. САЛТЫКОВ Салтыкову, и тот, не вникнув хорошенько в дело, разрешил ему играть произведения Сумарокова. «Мои трагедии, - писал по этому поводу Сумароков, - моя собственность... Я уважаю фельдмаршала, как знаменитого градоначальника древней столицы, а не как властелина моей музы; она не зависит от него. По чреде, им занимаемой, я его почитаю; но на поприще поэзии я ставлю себя выше его». Вместе с тем Сумароков пожаловался императрице на Салтыкова

Страницы: 1 2

Русская литература. Мастера русского слова: великие поэты и писатели. Сумароков Александр Петрович — известный писатель.