Судьба поэта — До стихам Н. Гумилева и Г. Иванова

1. Из истории русской литературы мы знаем, как часто поэты предсказывают собственную судьбу. Можно говорить об их умении предвидеть. Но можно сказать иначе: творчество настоящего поэта неотделимо от его судьбы. Он живет так, как пишет. И пишет так, как он жил, как живет, как будет жить.

2. Мемуаристы вспоминают, что в последние дни Гумилев часто говорил, что будет жить еще долго. Он не видел, что произойдет через недолгое время? Или просто пытался «заговорить» свою смерть, чтобы она его миновала? Впрочем, поэт становится пророком не в обычной жизни, но в минуты своего творчества. И здесь Гумилев не раз «зовет» свою судьбу (см., например, стихотворения «Я и вы», «Рабочий», «Заблудившийся трамвай»)...

3. Можно оспорить, что Гумилев здесь «предвидел» свой конец. «Умру не на постели» («Я и вы») — может означать: в походе (их в жизни Гумилева было много) или на войне. Пуля, отлитая рабочим, которая «отыщет» грудь поэта («Рабочий»), скорее всего, связывалась в его сознании с германской войной. «Голову срезал палач и мне...» («Заблудившийся трамвай») — это не расстрел. Но бесспорно, что везде поэт был предельно Правдив, Поэтому в его гибели сошлось: «не на постели», «пуля», «палач».

4. Судьба поэта словно бросает обратный свет на все его творчество. Для многих современников Гумилев был мальчишка и задира. После его смерти его жизнь вдруг обрела легендарные черты. Если многие современники Блока еще при жизни поэта видели его огромность, чувствовали гибельность его поэтического пути, то Гумилев стал большим поэтом после своей смерти. Именно она заставила перечитать его стихи совершенно иначе, с иными акцентами, нежели она читалась большинством современников.

5. Но если судьба поэта становится важнейшей «частью» его творчества, то как можно объяснить очевидное для многих современников значение сборника «Розы» в творчестве Георгия Иванова? С точки зрения многих эмигрантов, в 20-е и 30-е гг. он жил весьма неплохо. Деньги, которые его жена, Ирина Одоевцева, получала от отца, позволяли ей и Георгию Иванову жить более чем безбедно. Утрата Родины? Георгий Иванов несомненно переживал это с болью. Но в его стихах звучит не просто отчаяние человека без отечества, но человека, оказавшегося в космическом одиночестве, потерявшего все.

6. Еще в России о стихах Иванова были сказаны страшные слова. Владислав Ходасевич был уверен, что блестящий стихотворец Г. Иванов может стать настоящим поэтом только после настоящего житейского несчастья. Георгий Иванов в 30-е гг., когда вышли «Розы» и «Отплытие на остров Цитеру», житейских неприятностей не испытывал. Быть может, поэтому, а не только по личным причинам, Ходасевич откликнулся на его поздние стихи сдержаннее многих других. В рецензии Блока 1919г., написанной с пророческим пафосом, говорилось про «страшные стихи ни о чем», про книгу «человека, зарезанного цивилизацией, зарезанного без крови»... Но в те же 30-е в жизни Иванова не было и этого. Хотя стихи были полны не отчаяния даже, но того чувства, которое наступает уже После Отчаяния.

7. Но слово большого поэта не может прозвучать всуе. Судьба настигла Георгия Иванова уже после того, как он дал «портрет» своей судьбы в «Розах». Сам он вряд ли мог себе пожелать такого конца: нищета, приют для стариков и чувство полного одиночества, которое скрашивала благодарность к Ирине Одоевцевой за ее «существование рядом», и со всем этим— существование один на один с «ледяным» мирозданием, не знающим ни жалости, ни другого чувства к брошенному во вселенной человеку, именно так, как сам он писал еще в «Розах»:

Тот блажен, кто умирает,

Тот блажен, кто обречен.

В миг, когда он все теряет,

Все приобретает он...

8. Оказывается, в судьбе настоящего поэта не так уж важно, когда он произнесет роковые слова о себе самом. Раньше ли коснется его Дыхание судьбы и лишь после он скажет об этом (как было в «Стихах о Прекрасной Даме» Блока), или же он сначала скажет те слова, которые определят его жизнь, или слово и судьба будут воплощаться как бы сами собой, независимо друг от друга, и лишь после смерти поэта станет очевидной их связь. Судьба, как и творчество большого поэта — вневременная категория. Именно поэтому, быть может, не стоит говорить, что поэт то или иное в своей жизни предвидел. Точнее будет сказать, что, согласуясь со своим «шестым чувством», он говорит только правду. И эта правда находит его и в его творчестве, и в его судьбе.

Нужно скачать сочиненение? Жми и сохраняй - » Судьба поэта — До стихам Н. Гумилева и Г. Иванова. И в закладках появилось готовое сочинение.

Судьба поэта — До стихам Н. Гумилева и Г. Иванова.