Жуковский «во внимании» Вяземского

Совершенствуясь как критик, Вяземский сохранял верность своей общей авторской стратегии как журналиста-полемиста, отнюдь не избегающего «сражений» и допускающего публичную критику даже близких ему литераторов. Она отразилась и в написанных Вяземским в 1810 г. «Запросах г-ну Василию Жуковскому от современников и потомков». Придирчивое внимание Вяземского вновь вызвал Жуковский как редактор и издатель, но уже не «Вестника» (там он оставался лишь на роли автора), а «Собрания русских стихотворений, взятых из сочинений лучших стихотворцев российских и из многих русских журналов» в пяти частях (М., 1810 – 1811). Заметка представляет собой десяток вопросов, нередко откровенно иронических, касающихся состава сборника.

Кстати, в письме Вяземского Жуковскому от 26 июля 1808 года есть упоминание об обсуждении ими подобного издательского проекта, но задуманного тогда самим юным литератором: «Я нынешнее лето буду заниматься собранием лучших стихотворных пиес, о котором мы с вами говорили, и чаю, что мое намерение будет исполнено». Самонадеянным планам Вяземского не суждено было реализоваться. Но интересно другое – в их переписке 1808 – 1810 годов, насколько нам известно, вообще о замысле «Собрания…» больше не говорилось. Зато в письме А. И. Тургеневу от 15 сентября 1809 года Жуковский подробно остановился на задачах и трудностях готовившегося им издания и посылал своему адресату «на апробацию роспись всем назначенным пиесам» для просмотра с Д. Н. Блудовым. Видимо, Вяземский, проявлявший интерес к изданию антологии, но не включенный Жуковским в список «внутренних» (как сегодня принято говорить) рецензентов его «Собрания…», взял на себя роль «внешнего».

В самих многосоставных вопросительных конструкциях заметки («Зачем не напечатали Вы <…>, а напечатали <…>?») содержатся резко сформулированные Вяземским упреки в произвольности подбора текстов издателем «Собрания…», т. е. весьма серьезном недостатке для книг такого типа. В центральном (четвертом из семи) абзаце Вяземский писал: «По какому непонятному капризу не хотели Вы нам показать лучшего нашего перевода из Горация, т. е. оды к Венере Востокова, а напечатали уродливейший, т. е. Боброва: О ты, Бландузский ключ кипящий?». Вяземский с его вполне обоснованным неприятием творчества близкого архаистам С. С. Боброва не мог одобрить предпочтения Жуковского, видя в нем «каприз».

Правда, в данном случае критик судил издателя, не «по законам, им самим над собою признанным», не понимая или не желая учитывать цель, которую тот перед собой ставил. Ведь Жуковский стремился к полноте репрезентации отечественной поэзии: «Я издаю не примеры, но полное собрание лучших стихотворений Российских <…> между превосходными я поместил и посредственные <…>, ибо хочу, чтобы в собрании моем были chefs-d`oeuvres всех наших стихотворцев без исключения». Для Жуковского это прежде всего история поэзии в лицах, «Собрание стихотворцев» (так он не раз в процитированном письме Тургеневу его и называл), а для Вяземского – антология образцовых произведений лучших авторов.

Не совсем оправданными оказываются и «запросы г-ну Василию Жуковскому» относительно неудовлетворительной представленности в «Собрании…» некоторых «матадоров нашей поэзии» (по образному выражению Жуковского), в первую очередь Г. Р. Державина. Такой недостаток действительно свойствен изданию. Однако, как показывает переписка между издателем, А. И. Тургеневым (взявшим на себя посреднические функции) и Державиным, минимизация, а в конце концов (с третьего тома), и отказ Жуковского от помещения сочинений этого поэта были вынужденными. Недаром Жуковский изначально опасался неприязненной реакции печатаемых им авторов (не только Державина) и 15 сентября 1809 года просил Тургенева о посредничестве. Письмо Державина А. И. Тургеневу от 18 марта 1811 года свидетельствует, что он расценил как нарушение предварительных договоренностей перепечатку «во множестве целых» его од, не в «выписках» и без «примечаний и комментариев», как он ожидал и «как то бывает в ученом свете», да еще в «окружении» произведений других авторов, не согласованном с ним. Не без «подсказ Письма В. А. Жуковского к Александру Ивановичу Тургеневу.

Вяземский, скорее всего не знавший об этой переписке и вообще еще плохо разбиравшийся в проблемах авторского права, взаимоотношений писателей и издателей, их неурегулированности в России, сумел увидеть лишь вершину айсберга в истории с отбором материала для сборника. В результате он оказался в роли обвинителя без вины виноватого Жуковского. Хотя в теоретическом отношении требования рецензента к составителю сборника вполне состоятельны.

Нужно скачать сочиненение? Жми и сохраняй - » Жуковский «во внимании» Вяземского. И в закладках появилось готовое сочинение.

Жуковский «во внимании» Вяземского.





|