Тяжелое наследие стариковветеранов

Тяжелое наследие стариковветеранов

Историю прислал Александр Копаев.

Чем дальше уходит в историю Вторая мировая, тем чаще вспоминаешь пережитое, анализируешь все случившееся с тобой, ее последствия.

В юношеском возрасте с удивлением и интересом слушал рассказы участников Первой мировой, гражданской войн, удивлялся рассказам ветеранов, в особенности о преодолении ими чувства страха перед смертью. Мне казалось, что прошедшего времени было достаточно, что бы забыть о прошедшем. Но это оказалось не так. Прошло 60 лет, как отгремел салют Победы над Фашизмом, а ветераны продолжают воевать во сне. Не раз, сдавленным нечеловеческим криком, воюя во сне, поднимал со сна своих близких сам, мечась в постели, пробуждался в холодном поту.

Интересный психологический парадокс: ночью во сне приходит все самое тяжелое и страшное, но когда меня просят рассказать о войне, приходит на память курьезное и смешные эпизоды боевой жизни. Страшное приходится "выдавливать" из памяти волевым усилием, но самые ужасные эпизоды: возвращение из разведки за линией фронта, морское "Полундра!!!" в штыковой атаке, на памяти всегда┘

Возвращение изза линии фронта. По узкой, в два метра ширины и 200 метров длины разминированной сапером нашей же группы, дорожке до нейтральной полосы. Лежу, тесно прижавшись к земле под свистом бомб, хаотически сброшенных немецкими самолетами после неудачной попытки отбомбить цели в глубине нашей обороны, одновременно рвутся мины от стрельбы "по квадрату" минометной батареи. Ничего кроме высохшей травы и чахлых кустиков, даже нос уткнуть негде. Нас семеро, я третий. Впереди сапер, за ним разведчик, за мной другие четыре разведчика, хода назад нет, кругом мины противопехотные и противотанковые. Только вперед! По узкой тропинке проверенной сапером, двести метров жизни и смерти, до проволочных заграждений, за ними нейтральная полоса, почти дом.

А пока земля дрожит, грохот и разрывы, большие и маленькие справа и слева, спереди и сзади, и кажется, что следующий, вот он, твой. Земля становится дыбом от одновременного взрыва тяжелых бомб и детонирующих мин. Свист осколков и удары комьями земли, бьющими по телу, гулом отдаются от ударов по каске. Сколько времени длился этот ад не знаю, но вдруг все стихает, самолеты ушли, перестали свистеть мины и осколки. Звенящая тишина, тяжелая голова, уши заложены, как будто набитые ватой.

Чувствую удар по подошве сапога. Приподнял голову, ни сесть, ни встать нельзя: светает, мы на виду. Оглушенный, как и я, разведчик, объясняет пальцами рук: двое ползших за мной разведчиков ранены, но перевязаны и в состоянии двигаться дальше. Связавшись, тем же способом, с впереди ползущим разведчиком, получил сообщение: все двигавшиеся впереди в порядке. Командую продолжать движение. Вот и долгожданная "колючка", сапер обеспечивает проход всей группы, покидая "колючку" последним. Залегаем, изготавливаемся к бою. Рассвело. Убедившись, что мы не замечены, перемещаемся к своему переднему краю ползком, через 50 метров нас встречает группа прикрытия. Короткими перебежками приближаемся к первой траншее, сваливаемся в нее, облегченно вздыхаем. Дома.

Судьба меня уберегла, но полностью пришел в себя только на третьи сутки. На вещмешке обнаружил до десятка осколочных пробоин, полотенце, иссеченное осколками полностью, пришлось использовать как ветошь для чистки оружия.

Эта разведка мне впервые пришла из реальности во сне, в конце далекого 45го. Это случилось во время сдачи государственных экзаменов в Военноморской медицинской академии. Мы были первыми курсантским выпуском после ее создания, и экзамены приходилось сдавать тогдашним светилам медицины. Волновались не меньше чем на передовой. И в ту ночь, памятного первого экзамена, мой сосед по койке, друг и товарищ Игорь Солдатов, сильно встряхнув меня, разбудил, выведя из кошмарного сна. В том сне я, несвязно крича, размахивая руками с искаженным лицом и безумными глазами, возвращался под взрывами авиабомб и разрывами мин через линию фронта, к так долгожданной "колючке" домой, в окопы своего переднего края из той памятной вражеской траншеи. С тех пор этот сон сопровождает меня всю жизнь. С разными вариациями. "С минного поля прорвался, прорвешься и через экзамены" сказал, сильно встряхнув меня, Игорь.

Экзамены сдали, штурмом морячки брали науку, так же, как до этого ходили в штыковые атаки.

Настоящим солдатом я стал не сразу. Вспоминаю, как в один из первых дней войны, 5 июля 41го, в составе только что сформированной 2й курсантской бригады морской пехоты Высших морских учебных заведений, в батальоне Военноморской медицинской академии, сидя на ящиках с боеприпасами, двигался на грузовике к месту дислокации батальона. В то время многие курсанты самозабвенно верили тому, что внушала пропаганда Германия не будет воевать против СССР, самого мощного и самого сильного государства в мире. Верили в то, что германские коммунисты во главе с Э. Тельманом, не позволят развязать эту войну. Но уничтожили нацисты коммунистов в концлагерях, погиб и Эрнст Тельман. А германский солдат воевал против нашей страны с нечеловеческой злобой и ненавистью, чем сам себя и обрек на поражение. Мы многое тогда не понимали, не понимали что такое фашизм, что такое современная война, мы надеялись на какое то "братание" немецкого солдата. Воспитанные в духе популярных кинофильмов "Мы из Крон штадта", "Чапаев" (и сейчас смотрю их с юношеским восторгом), мы были слишком самоуверенны. Мы считали, что, став в цепь во флотской форме, в тельняшках и бескозырках, с винтовками с примкнутыми штыками наперевес, и идя в "психическую" с криками "Полундра!!!", мы заставим немцев сдаваться в плен и бежать.

Трагедия заключалась в том, что наши командиры и воспитатели сами не знали, что такое современная война и не представляли ее себе. Не имея боевого опыта, политически и психологически не подготовленные к войне, они готовили нас больше "паркетными шаркунами", а не защитниками отечества. Мы не имели понятия о страхе, который придет позже, мы отлично знали и исполняли строевые, караульные и дисциплинарные уставы, но очень плохо обучались боевым уставам, к тому же недостаточно учитывающим особенности современной войны. Мы плохо были обучены рукопашному и штыковому бою, в то же время строевой подготовке уделялось громадное внимание и колоссальное время. И мы это почувствовали сразу, столкнувшись с хорошо физически и посвоему идеологически подготовленной, отлично вооруженной современным оружием гитлеровской армией.

Наш курсантский батальон начал постигать азы войны на охране от немецких десантов войсковых тылов Ленинградского фронта. Первый кошмар бомбежки мы видели вдалеке от передовой, на наших глазах гибли мирные сельские жители, скот, разрушались и горели постройки. Сердце обливалось кровью, но мы, находясь в укрытии на опушке леса и не имея никаких средств борьбы с самолетами, ничем не могли хоть както повлиять на развитие событий. Лишь накапливалась злость и ненависть к фашистским захватчикам, бравшая верх над страхом. Был заложен первый камень в формирование солдата.

Я очень осторожно отношусь к рассказам тех участников войны, которые бравируют отсутствием страха. Я им не верю: такой человек или говорит неправду, чтобы показаться "героем", либо был далек от экстремальных условий фронтовой действительности. Отсутствие чувства страха для нормального человека ненормально, страх проявление инстинкта самосохранения, свойственного всему живому, его естественная реакция на опасность. Важно как человек справляется с этой реакцией, как его воля пересиливает страх. Жизнь показывает, что им можно управлять, его подавление вполне возможно и что отсутствие страха есть само по себе проявление ненормальности психики.

Вспоминаю себя молодым, необстрелянным и необученным бойцом, испытывающим сильное чувство страха. Более всего боялся остаться калекой, считал, по юношеской глупости, чем быть раненым и увечным, быть лучше убитым. Но, побывав в бою, понял, жизнь это великий дар природы, который нужно беречь, не отдать или потерять по глупости и жить так, чтобы не было больно за то, что она прожита бесцельно.

Первая штыковая атака. К ней готовились тщательно. Штурм переднего края был назначен на рассвет следующего утра. Непосредственно на подготовку к бою один час. Предстояло тихо проползти вплотную к первой траншее противника метров шестьдесят по нейтральной полосе, и в пятнадцатидвадцати метрах от нее, под прикрытием ручных гранат, бросится в штыковую атаку, уничтожить или выбить немцев из их окопов и закрепиться.

Страницы: 1 2 3

Нужно скачать сочиненение? Жми и сохраняй - » Тяжелое наследие стариковветеранов. И в закладках появилось готовое сочинение.

Тяжелое наследие стариковветеранов.





|